Донат на Джихад

О поддержке террористов из ХТШ российскими салафитами

Эскалация в Сирии ожидаемо воодушевила отечественную и СНГ-шную околоваххабитскую общественность. Тематические паблики и каналы в телеграм- и вк-сегментах переполнены поддержкой в адрес боевиков, наступающих на позиции правительственных сил и курдов.

Сразу вспоминается лето 14-го года, когда в российских соцсетях массово создавались группы, объединяющие фанатов тогда еще не запрещенного Исламского Государства. Русскоязычная редакция игиловской пропагандистской машины тогда функционировала открыто и в полный рост. На русский переводились все видеорелизы, на русском выходил журнал «Исток» и осуществлялось радиовещание, в т. ч. новостной службы, дававшей оперативные сводки по фронтам и продвижениям.

Проживающие в РФ салафиты, которых тогда никто особенно не прессовал, открыто интересовались и давали советы, как именно «совершить хадж в Халифат». В самых обычных региональных пабликах можно было встретить людей, которые хвастались тем, что их брат «уже в ИГ», а сами они также готовятся к «хаджу». Часть в итоге этот «хадж» совершила и сгинула в боях. Часть, уже после запрета ИГ и внесения его в список террористических группировок, отправилась в места не столь отдаленные. А часть свела к минимуму свою активность и стала выжидать.

«Хаят Тахрир аш-Шам» с юридической точки зрения от ИГ ничем не отличается и также внесена в список террористических группировок, но ваххабитская тусовка воспринимает организацию как нечто более «лайтовое», за что если и прилетит, то не так сильно. Отсюда — донаты, которые идут из России террористам. Причем зачастую деньги остаются в РФ, концентрируясь на подставных счетах ваххабитских структур. Более того, в ряде случаев закон формально не нарушается, поскольку деньги переводятся через цепочку подставных «благотворительных» организаций, и отследить её довольно сложно.

В этой связи самое время говорить о необходимости создания единого реестра исламских фондов, в т. ч. зарубежных, чья деятельность ограничивается исключительно благотворительностью, а сама благотворительность подтверждается документально.

Донаты, перечисляемые любому фонду, не входящему в этот реестр, либо лицу, которое прикрывается исламской благотворительностью, не имея соответствующей регистрации, должны квалифицироваться как безусловное финансирование терроризма и нести за собой уголовную ответственность с максимальным наказанием.

Черная, никак не регулируемая «исламская благотворительность» уже давно превратилась в такую же ширму для ваххабизма, как «квартирные» молельные дома и подпольные ММА-клубы. Каждый из этих компонентов играет важную роль в налаживании горизонтальных связей между единомышленниками и формировании прототеррористических структур.

Сбор донатов «на благое дело» или «на помощь братьям в Шаме» обеспечивает этим структурам возможность не только функционировать, но и вести экспансию внутри уммы. А системные «меценаты» не только ценятся, но и заряжаются «на большие дела». И едва ли стоит дожидаться, пока эти «меценаты» отправятся в новый «Крокус».