Со своим рассказом о первых годах становления лагеря «Чайка» в редакцию пришла Светлана Ивановна Отческих. Она работала в 1965 году вожатой, а в 1966-м – воспитателем.
— В 1965 году после окончания техникума я приехала на комбинат молодым специалистом, и была еще не Отческих, а Сергеевой, — рассказывает Светлана Ивановна. — Раз я была молодая, так сказать, «без хвостов», меня без разговоров летом отправили работать в лагерь.
Да, в ту пору Светлане был 21 год, и она мало чем отличалась от воспитанников своего отряда – 15-16-летних подростков.
— Я не выглядела на свои годы, мне тоже можно было дать 16 лет. Так вот один валериановский мальчишка из нашего второго отряда «Планета бурь» даже пытался ухаживать за мной. Поэтому на следующий год я поехала уже в седьмой отряд, к семилеткам. Вместе со мной воспитателем на отряде работал Юрий Васильевич Андреев. К нам в лагерь часто приезжала его супруга Людмила Андреева, проводила мероприятия.
Ещё Отческих вспоминает, что частым гостем в лагере был Фёдор Селянин.
— Фёдор Тимофеевич много раз приезжал к нам, очень активный был, приветливый, улыбчивый. Всё время шутил, присутствовал у нас на многих мероприятиях.
Светлана Ивановна сетует, что очень уж много лет прошло с той поры, многие фамилии забылись, многие мероприятия стёрлись из памяти. Но, тем не менее, она помнит своих подопечных, помнит, какие проводила с ними конкурсы.
— Хорошо помню, как в первый год моей работы начальник лагеря разучивала с нами, вожатыми, песню «Слушать начну повесть одну, всё это вправду было. Только давно, не мудрено, если и что позабыла».
Ещё помнится жизнь в палатках. Причём вместе с детьми в палатках спали и вожатые, их кровати стояли прямо у входа. Даже вспоминается, что иногда бывало и холодно.
— В 1965 году, когда я работала во 2 отряде, запомнился такой случай. Был у нас такой заводила среди вожатых Витя Красносёлов. И вот в тихий час мы все уснули. А как не уснуть? Ночью мы поздно ложились: пока всех угомонишь. Утром побудка была рано. Так что неудивительно, что я отрубилась в тихий час. Чувствую, что меня куда-то тащат вместе с кроватью. Напротив нашей палатки был лягушатник, воды там было по колено. И меня в этот лягушатник прямо с кроватью затащили. Потом взяли за руки и за ноги и выбросили в воду за лягушатник, то есть в пруд. А я плавать не умею. А там глубина! Я кричу, что плавать не умею — и нырк в воду. Вынырну, опять кричу, что плавать не умею — и опять нырк в воду. Тогда ребята поняли, что что-то не ладно, и давай меня из воды вытаскивать. Малыши услышали, что я кричу и зову на помощь, выскочили из палатки, бегают по берегу. Вот так мы подшучивали друг над другом, и чуть меня не утопили.
Ещё Светлана Ивановна вспоминает, как в тот год бегали вечерами в Валериановск на танцы.
— Вечерами, а вернее, ночами, мы бегали на танцы. Уложим детей спать и короткой дорогой через кладбище в посёлок. Молодым ведь не в тягость никакая дорога. Танцплощадка была деревянная, за деревянным заборчиком, у пруда. В 11 вечера выйдем, до 12 потанцуем — и обратно. Охота же пуще неволи! Однажды мы пошли на танцы, нас было человек восемь. Я решила подшутить и пугануть их. Дошли мы до кладбища, я отстала немного. Потом как гукнула, они вдарили так, что я их до самого поселка догнать не могла, сама больше перепугалась.
Во второй год моей работы в лагере проводили фестиваль дружбы народов. Ну, во что можно нарядить семилеток? Намотали им простыни, на лбу всем нарисовали точки. Так мы представляли Индию. Сейчас смешно смотреть на эту фотографию.
В 1966 году Светлана Ивановна работала в лагере уже вместе с мужем Николаем, он тоже был вожатым, только на 3 отряде. Конечно, ни на какие танцы она уже не бегала.
— Это здорово, что наша «Чайка» оказалась живучая и отметила своё 60-летие. А ведь очень жаль, что многие лагеря по стране закрылись, — Светлана Ивановна смотрит старые фотографии, воспоминания уносят её в далёкие шестидесятые.
Как хорошо, что «Чайка» останется в памяти не только у них, стоявших у истоков, но и у нас, наших детей и внуков!
Лариса Плесникова