В этом году одним из самых популярных направлений для российских туристов является Беларусь. За прошлый год в здравницах страны побывали более 1,1 миллиона граждан России. На вторую половину 2024 года все места в санаториях Беларуси раскуплены — большей частью россиянами. Обозреватель «Вечерней Москвы» совершил блицтур по Беларуси и проверил, насколько хорош и интересен отдых в союзной республике.
В Белоруссию из Москвы можно отправиться любым удобным для вас способом: самолетом, поездом или на машине. Последний вид путешествия станет самым познавательным, если вы хотите начать знакомиться с этой страной с первых минут пересечения границы.
— Ты не лихачь, не хватало, чтобы первый штраф выписали не милиционеры, а белорусские пограничники, — сказал я жене, но она и так по-фронтовому вжалась в руль, готовая к любым неожиданностям.
Озираясь по сторонам, ехали мы по заграничной вот уже три десятка лет земле чинно-смирно, но зеленых фуражек на другой стороне границы так и не увидели. До этого у нас быстро проверил паспорта и козырнул на прощание российский пограничник. Больше никаких формальностей не было — Союзное государство России и Беларуси в действии.
О том, что мы уже точно находимся на белорусской земле, подсказали аисты — они, как часовые на постах, стояли в устроенных на столбах гнездах в каждой придорожной деревне.
Ехать не по главной трассе для всех путешествующих по Беларуси Москва — Минск — Брест решили сразу. Нормальные герои всегда идут в обход, а еще жене очень хотелось попасть в замки. А где в Белоруссии замки? Ближе к Польше, а местами к Литве — там, где несколько столетий билась за земли Речь Посполитая с Российской империей.
Курс проложили такой: Витебск — Полоцк — Гродно — Мир — Несвиж — Минск. Срок поездки определили в четыре дня. Забегая вперед, надо признать, что такой стремительный рывок оказался и хорош, и плох. Хорошо: удалось увидеть много достопримечательностей. Плохо: где-то стоило остановиться на день-другой и насладиться архитектурными и природными красотами не на бегу, а с чувством, с толком, с расстановкой. Но по порядку.
Витебск встретил проливным дождем и за это был «наказан» нами совершенно кратким визитом. Конечно, походили по лужам вокруг расположенного на площади Победы главного городского памятника «Три штыка». Обелиски высотой 56 метров установлены на берегу Западной Двины в честь освободивших город в годы Великой Отечественной войны советских солдат, партизан и подпольщиков. Посмотрели, поклонились, сфотографировались на память и поехали в Дом-музей Марка Шагала.
Он находится на тихой улочке Покровской. Сам Шагал писал: «У меня нет ни одной картины, на которой вы не увидите фрагменты моей Покровской улицы». Домик, где родился художник, маленький, но здесь и лавка была, где отец торговал селедкой (а вы думали, откуда у великого художника столько рыб на картинах?!), и жила семья, в которой было семеро детей. Скромно. Опрятно. Во дворике дома-музея красивый памятник Шагалу: он играет на скрипке, гриф которой в форме парижской Эйфелевой башни, на корпусе — церкви Витебска, а в руке художника вместо смычка — кисть.
Еще в Витебске удалось полюбоваться костелом святой Варвары. Краснокаменный католический храм был построен еще до вторжения Наполеона, и его стены пережили многое. А вот наша машина не пережила встречи на дороге с саморезом, и экскурсия по Витебску скоропостижно завершилась в автомастерской.
Добродушный автомеханик разобрался с починкой колеса быстро и принял за работу русские рубли. Надо сказать, что с обменом денег в Беларуси мы не заморачивались. Везде можно расплатиться российской картой «Мир», а коегде мы просто платили деньгами своей страны, и белорусы брали их охотно.
Преподобную Евфросинию Полоцкую почитают как православные, так и католики. В светлом храме древнего православного монастыря молодая монахиня рассказывала о первой в Беларуси женщине, причисленной к лику святых.
— Святая Евфросиния до пострига носила имя Предслава, — неспешно продолжала рассказ монахиня. — Она была внучкой Владимира Мономаха. Близкими родственниками княжны были князья киевские, туровские, смоленские, ростово-суздальские, владимиро-волынские, императоры Византии и короли Венгрии. Многие женихи просили руки Предславы, однако все предложения о браке она отвергала, желая стать монахиней. В двенадцатилетнем возрасте княжна, узнав о намерении родителей выдать ее замуж, убежала в монастырь и приняла монашество под именем Евфросинии, что в переводе с греческого означает «радость».
В 1124 году Евфросиния основала в Полоцке Спасо-Преображенский женский монастырь. Затем при церкви в честь Пресвятой Богородицы открыла монастырь мужской. Она вела Полоцкую летопись и собирала библиотеку Софийского собора, которая с течением времени стала духовным сокровищем всех восточнославянских земель. В преклонном возрасте Евфросиния отправилась в пешее паломничество на Святую Землю. Последние дни своей земной жизни она провела в Иерусалиме, где и умерла от болезни. В 1187 году ее останки были перезахоронены в Киево-Печерской лавре, а в 1910-м мощи святой были перевезены в Полоцкий Спасо-Евфросиниевский монастырь.
«Житие» говорит, что святая была добра сердцем и никого не хотела видеть врагами: «Ни князя со князем, ни бояре с боярин, ни служанина со служанином — но всех хотяше имети, яко един душю». В наше тревожное время ее слова — да всем бы в души.
И в целом Полоцк запомнился нам как город невероятно душевный. Кстати, это было замечено задолго до нас, и не зря его так любили посещать русские императоры. Здесь четырежды побывал Александр I, трижды — Николай I.
Город помнит Екатерину II и Павла I, а первым Полоцк открыл для Романовых Петр I, который в 1705 году (шла Северная война) прожил здесь целый месяц. Дом Петра Великого сохранился до сих пор, сейчас там музей.
На Гродно навигатор повел нас проселками. Мы увидели настоящую, непарадную Беларусь. Где дороги не лучше, чем в России, а люди не хуже, чем у нас. Где сараи в деревнях почернели от времени, и они такие же, как на Вологодчине или под Тверью. Но где каждый клочок земли, в отличие от зарастающих сегодня лебедой в разных областях и краях полей наших, обработан и засеян. Где в поселковых магазинах продавщицы вам улыбаются и готовы помочь в выборе — без навязчивости или гонора, а неизменно по-доброму.
Кстати, искренняя доброжелательность белорусов — это не рекламная замануха для туристов из России, а самая что ни на есть правда. Вновь вывернув с проселков на большую трассу, мы увидели Белорусскую атомную станцию. Знакомые мне силуэты зенитных ракетных систем и комплексов российского производства окружали сооружения АЭС, как стая рыбприлипал акулу: ни вражья ракета не пролетит, ни дрон. Нам бы так охранять свои нефтебазы.
Гродно — город-красавец. Наиболее живописные виды открываются со смотровой площадки Старого замка. Внизу тихо течет Неман, напротив — Новый замок, в котором сейчас обустроен музей, дальше — черепичные крыши старых городских домов, зелень парков — не насмотришься. Сам Старый замок, в Средние века бывший резиденцией великих князей литовских и польских королей (самый известный из них у нас король Речи Посполитой Стефан Баторий), поражает воссозданными с большой тщательностью интерьерами XVI века. Витражи, лепнина, золото — шляхта «загнивала» упоительно. Рядом со старинными или искусно воссозданными образцами мебели — интерактивные планшеты. На одном из них «пробили», что значит часто упоминаемое на пояснительных надписях на стенах слово «крыжак». Оказалось, на белорусском языке это крестоносец.
Кстати, вживую белорусскую речь мы впервые за время поездки услышали в гродненском католическом Фарном костеле святого Франциска Ксаверия. Проповедь на белорусском вел молодой ксендз. Его прихожане, выйдя из храма, говорили по-русски. Как, впрочем, и во всех местах, где мы в Беларуси были.
Выйдя из Старого замка и передохнув на оригинальной лавочке у старой пожарной каланчи, мы отправились гулять по гродненской пешеходной улице. Местный Арбат зовется улицей Советской, а некогда звался Виленской. Полкилометра старых красивых невысоких домов: кофейни, булочные, магазины. Но еще больше нам понравилась параллельная улочка, по которой мы возвращались к своей машине. Там стоят точно такие же средневековые дома — до сих пор жилые, а их стены со стороны уютных двориков увиты плющом…
Ехали в сторону Несвижского и Мирского замков, и вдруг справа увидели на горе руины разрушенной крепости. В разные исторические времена он назывался по-разному — Новогород, Новгородок, Новый Городок, а теперь Новогрудок. В летописях город впервые упоминается в 1044 году в связи с походом князя Ярослава Мудрого на Литву. Но археологи утверждают, что большое поселение (видимо, кривичей) на территории современного Новогрудка процветало еще в X веке — об этом говорят результаты раскопок на Замковой горе.
Расцвет города историки связывают с именем литовского князя Миндовга. Считается, что при нем именно здесь была заложена основа нового государства — Великого княжества Литовского. И еще одно важное историческое событие помнят останки крепостных стен Новогрудка: в 1422 году неподалеку от Замковой горы, в Фарном костеле, король Польши Ягайло венчался с княжной Софьей Гольшанской. От их брака пошла польская династия Ягеллонов.
Новогрудок не раз подвергался нападениям с запада, востока, севера и юга. Его захватывали татары, галицко-волынские князья, литовцы, крестоносцы, русские войска. После третьего раздела Речи Посполитой в 1795 году Новогрудок вошел в состав Российской империи.
Через несколько лет после этого, в 1798 году, здесь родился классик польской и мировой литературы поэт Адам Мицкевич. Впрочем, в Беларуси считают Мицкевича одним из родоначальников новой белорусской литературы, и считают небезосновательно. Поэтический язык Адама Мицкевича — это в значительной степени язык дворянства Белоруссии и Литвы той эпохи, и с точки зрения грамматического строя и лексического ресурса имеет много белорусских элементов. Да, кстати, в самой Польше Мицкевич никогда не жил, а родной землей сам всегда называл Новогрудчину.
В наши дни рядом с восстановленным домом поэта находится Курган Бессмертия. Его в честь своего великого национального поэта возвели поляки, правившие здесь в период между двумя мировыми войнами. На вершину кургана ведет винтовая лестница, и с высоты рукотворного холма нам был хорошо виден памятник Адаму Мицкевичу.
Сейчас в Новогрудке установлен памятник и знаменитому русскому поэту — Владимиру Высоцкому. В 1969 году он снимался на «Беларусьфильме» у своего друга, режиссера Виктора Турова, в фильме «Сыновья уходят в бой». Съемки проходили в Слониме, Ружанах, Гродно и под Новогрудком. Работая в Белоруссии, актер, бард и поэт написал три шедевра: «Он не вернулся из боя», «Сыновья уходят в бой», «Песня о Земле».
Больше всего на тех съемках понравился поэту Новогрудок. Летом того же года 31-летний Высоцкий пережил клиническую смерть — лопнул сосуд, пошла горлом кровь. Он едва выжил. После выписки из Склифа отдохнуть, прийти в себя поехал в Белоруссию. Приехал не один, вместе с Мариной Влади. Они сняли комнату в крестьянском доме в деревне Литовка и несколько дней провели в самом Новогрудке. Хоть официально Высоцкий и Влади вступили в брак через полгода, 13 января 1970-го, по сути, это был их медовый месяц. В 325-м номере гостиницы «Новогрудок» Высоцкий написал одну из лучших своих лирических песен «Здесь лапы у елей дрожат на весу…».
В этом гостиничном номере сохранена обстановка советских времен. 325-й не пустует и сегодня. Многие туристы из России приезжают в Новогрудок из-за того, что в его многовековой истории были еще и несколько дней, связанных с жизнью и творчеством Высоцкого.
…На обратном пути жена спросила:
— Чего мы раньше все по заграницам мотались, когда под боком такая красота?
Нет смысла отвечать на риторические вопросы. Я и промолчал в ответ, продолжая размышлять, что посетить в Беларуси в следующей поездке. Гомель — Могилев или Брест — Беловежскую пущу?
В народной традиции белорусов бусел — птица священная. Ее издавна считали связующим звеном между небом и землей, хранителем урожая, «распорядителем» молний. По поверьям аист оберегает дом от пожара, но обиженный может навредить человеку, сжечь дом или бросить в колодец змею. Поэтому убить бусла или разорить его гнездо считается плохим предзнаменованием. Белорусы аистов берегут.
Весной 2024 года в ходе переговоров главы российского правительства Михаила Мишустина с премьер-министром Республики Беларусь Романом Головченко были обсуждены актуальные вопросы российско-белорусского торгово-экономического сотрудничества, в том числе развитие в Союзном государстве РФ и РБ туристической отрасли. Головченко предложил существенно нарастить инвестиционный канал по реализации в Беларуси инфраструктурных проектов в сфере туризма и оздоровления. Мишустин пообещал изучить вопрос.
Александр Лукашенко, президент Республики Беларусь:
— У нас россиян очень много бывает, и мы боремся за первое-второе место среди российских граждан по посещаемости зарубежных стран. Нам есть что предложить друг другу в сфере туризма.