В начале недели со ссылкой на американские СМИ прошла информация, что Анкара притормаживает прохождение российских судов через проливы Босфор и Дарданеллы и, более того, даже может закрыть их для кораблей ВМФ РФ.
Многие тут же вспомнили Громыко, в конце 1970-х якобы заявившего, что ЧФ потребуется всего лишь пару залпов ракет, чтобы сделать два новых прохода в Средиземное море, альтернативных Босфору, «но, увы, не будет Стамбула»...
РАНЕЕ НА САЙТЕ: КАК ГРОМЫКО БОСФОР ЗАЩИТИЛ
Общеизвестно, что, согласно условиям Конвенции в Монтре 1936 года, Турция имеет право заблокировать проливы, лишь вступив в войну. Поэтому, утверждает FOX News, Реджеп Тайип Эрдоган попытался обосновать свои действия таким образом: «Страна находится под угрозой военной опасности со стороны России, и принято принципиальное решение закрыть Босфор и Дарданеллы для всех судов России, находящихся в Черном море и имеющих военное предназначение не только для Сирии, но и для других стран, заигрывающих с российской стороной. Соответствующее решение направлено в ООН».
Понятно, что для войны с запрещенной в РФ группировкой «Исламское государство» (ИГ) закрытие проливов – абсурд, пишет Независимая газета. А начало войны с великой ядерной державой чревато для Турции применением тактического ядерного оружия. Если же страны НАТО решат поддержать оружием своего партнера по военному блоку, то это приведет как минимум к локальной ядерной войне на ближневосточном театре военных действий, а то и к тотальной термоядерной войне.
Однако у самой России есть возможность закрыть черноморские проливы без начала боевых действий. Неужели господин Эрдоган и его окружение не в курсе, что кроме противопехотных на вооружении РФ есть и морские мины? Посему даем краткую справку, продолжает издание.
Октябрь 1950 года. Армада американских кораблей, в составе которой были линкоры и авианосцы, двинулась к северокорейскому порту Воньсань для высадки десанта в составе корпуса с целью окружить северокорейскую армию. К тому времени Северная Корея не имела ни боевых кораблей, ни самолетов, а СССР и КНР еще не вмешивались в конфликт. Десантная операция шла без сучка и задоринки, как на учениях. Внезапно Пентагон был потрясен невероятной телеграммой от контр-адмирала Смита: «Американский флот утратил господство на море в корейских водах...» Янки наткнулись на мины, которые корейцы выставили с рыбацких джонок. Американцы начали интенсивное траление. Пять тральщиков погибли на минах, несколько тральщиков и два эсминца получили тяжелые повреждения.
Но главное было в другом: высадка десанта была задержана на 10 с лишним дней. Все это время корабли с десантом болтались в море вблизи Воньсаня. На расстоянии всего 300 км от них стояли в полной боеготовности полки бомбардировщиков Ту-4 и Ил-28, которые могли быть прикрыты сотнями МиГ-15. С десантным соединением можно было покончить за несколько часов. Но приказа не последовало... Зато американских морских пехотинцев, набившихся на кораблях буквально как сельди в бочке, настиг другой враг – дизентерия. Лишь на одном судне «Марин Феникс» заболели дизентерией в тяжелой форме 750 человек. За эти 10 дней северокорейская армия сумела относительно спокойно отойти, и американцы с опозданием на две недели вступили в пустой город.
В ходе вьетнамской войны авианосцы США несколько лет совершали массированные бомбардировки Северного Вьетнама с целью пресечения его коммуникаций. Было потеряно около 5 тыс. самолетов, но поток оружия на юг не ослабевал, а ПВО Вьетнама постоянно усиливалась. В 1972 году американцы решили заминировать вьетнамские воды в районе порта Хайфон. В общей сложности было поставлено 6 тыс. мин, из которых было всего 100 морских (донных МК-36 и МК-52), а остальные – мины-бомбы типа «Снейкай». Минными постановками север Вьетнама был полностью блокирован с моря почти на девять месяцев. Лишь после прекращения боевых действий с помощью советских специалистов был «практически расчищен» проходной фарватер к порту Хайфон.
В ходе войны в Персидском заливе в январе–феврале 1991 года (операция «Буря в пустыне») американцы и их союзники так и не сумели высадить морской десант на юге Ирака из-за минной опасности. Ирак произвел минирование северной части Персидского залива, особенно на подступах к десантоопасным участкам побережья Кувейта, выставив оценочно 2 тыс. мин 16 различных типов. В тралении этих мин приняли участие морские тральщики и вертолеты-тральщики США, Англии, Бельгии и ФРГ. Всего за январь–февраль 1991 года ими было вытралено 112 мин в основном советского производства, типа АМД, КМД «Краб». Тем не менее до конца боевых действий ни одно подразделение союзных войск не было десантировано на берег. Это было крупнейшее поражение ВМФ США в послевоенный период.
Таков далеко не полный перечень успешного применения морских мин, который можно продолжить на несколько страниц. Главное же заключается в том, что с 1939 года морские мины не проиграли ни одной войны. И после окончания любой войны требовалось несколько лет для того, чтобы вытралить мины, а до этого район минных заграждений был недоступен для судоходства.
Сейчас постановка мин в Дарданеллах и Босфоре, а также прилегающих водах может производиться с самолетов и вертолетов, со скоростных катеров, различных гражданских судов, плавающих под любыми флагами, а также с подводных лодок. Причем подводным лодкам, в отличие от 1939–1945 годов, не нужно заходить в район постановок. Они могут выпустить торпеды – носители донных мин на расстоянии десятков миль от турецких территориальных вод.
Сейчас существуют донные мины, способные самозакапываться в грунт, то есть недоступные для траления даже водолазам и подводным аппаратам. Есть реактивные мины, которые ставят на большой глубине, а в момент прохождения вражеского корабля они стартуют со дна и поражают судно. Есть мины-торпеды, которые можно поставить на большой глубине и на дистанции в несколько километров друг от друга. При прохождении корабля или подводной лодки противника мины выпускают самонаводящиеся торпеды.
Все они, как и другие типы «интеллектуальных» мин, могут приводиться в боевое положение спустя несколько часов или даже дней после постановки. Подобное делается для того, чтобы после объявления о постановке мин нейтральные суда могли спокойно покинуть заминированные воды.
Итак, нравится кому-то или нет, но ключи от черноморских проливов находятся не только в Анкаре, но и в Москве. Да, для России подобный поворот событий несколько осложнил бы обеспечение нашей авиагруппировки в Сирии, поскольку пришлось бы вести подвоз грузов через Гибралтар. Но это не критично. А вот для судов нечерноморских стран пролив Босфор оказался бы и впрямь закрытым… Впрочем, вчера РИА Новости, ссылаясь на осведомленный военно-дипломатический источник, сообщило, что в настоящее время корабли и суда российского ВМФ не испытывают никаких проблем с выходом из Черного моря и возвращением.