В День эколога, который ежегодно отмечается 5 июня, мое главное желание — чтобы у российской природы становилось всё больше адвокатов. Сегодня много защитников у представителей экономических, хозяйственных, коммерческих интересов. И с завидной регулярностью они наступают на природные объекты, иногда совершенно уникальные в масштабах всей планеты. И даже наличие охранного статуса не может сдержать это наступление.
А независимое экологическое сообщество — научная и природоохранная общественность, низовые экоактивисты — сталкиваются с серьезными вызовами, выступая адвокатами природы.
С одной стороны, экологическая повестка всё активнее проникает в разные отрасли, становясь неотъемлемой частью общей информационной картины. Это во многом связано с углубляющимся экологическим кризисом в разных сферах — загрязнением воздуха и водных ресурсов, мусорным кризисом, растущей потерей биоразнообразия и лесов, катастрофическими последствиями от роста экстремальных погодных явлений вследствие изменения климата. Нельзя больше сказать: «Пусть этим займутся экологи», потому что невозможно игнорировать экономические и социальные последствия экологического кризиса. В частности, в этом году среди национальных целей развития России появилось экологическое благополучие.
С другой стороны, одна из острых проблем — регулярное игнорирование независимого экспертного мнения со стороны профильных органов власти. Будь то позиция научной или природоохранной общественности как по отдельным экологическим ситуациям, так и по стратегическим вопросам. Попытка обсуждения проблем и поиска альтернативных, более природосберегающих решений воспринимается порой крайне болезненно. Однако невозможно вылечить болезнь, делая вид, что здоров. Или клеить пластырь там, где нужно серьезное хирургическое вмешательство. В этом месте нужен честный анализ болевых точек и разговор, позволяющий реально, а не декларативно совместно вырабатывать конструктивные решения, учитывающие не только социально-экономические, но и экологические интересы.
Особенно чревато, когда экспертное мнение не принимают в расчет на этапе планирования тех или иных проектов или программ, в том числе нацеленных на стратегические и системные изменения. В итоге регулярно случаются ситуации, когда государственные деньги потрачены, а экологическая ситуация не улучшилась и даже ухудшилась.
Например, когда планировался нацпроект «Экология», экологическое сообщество направляло свои предложения и опасения, почему в таком виде предлагаемые федеральные проекты не приведут к системному улучшению. Так, эксперты указывали на отсутствие задач и целевых показателей по сокращению и предотвращению образования отходов. В итоге, анализируя результаты мусорной реформы, Счетная палата РФ в своем отчете пришла к тому же выводу. И так по многим вопросам.
Не хватает также твердой и четкой природоохранной позиции со стороны профильных органов власти в ситуациях, когда ценным природным объектам угрожает разрушение. Неготовность отстаивать интересы природы особенно заметна, когда эти интересы начинают конфликтовать, например, с предложенными планами хозяйственного освоения, разрушающими ту или иную ценную природную территорию. И если у социально-экономических интересов есть много адвокатов, лоббистов, то у природы их на сегодня недостаточно. И очень хотелось бы видеть среди таких людей тех, кто должен это делать по долгу службы.
Я надеюсь, что растущий экологический кризис и его последствия приведут к тому, что сохранение природы, от состояния которой зависит наше общее благополучие, будет становиться реальной потребностью и приоритетом для все большего числа людей. Что у природы будет всё больше адвокатов — грамотных, эффективных, сотрудничающих друг с другом. А государство и бизнес, которые декларируют задачи решения экологических проблем, будут видеть в природоохранном сообществе партнеров в этом деле.
Автор — председатель правления Межрегиональной экологической общественной орагнизации «ЭКА»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора