Голландский суд приговорил разработчика Tornado Cash к 64 месяцам тюрьмы

Суд над разработчиком Tornado Cash Алексеем Перцевым состоялся в окружном суде Восточного Брабанта. Приговор выходит далеко за рамки дела, поскольку он показывает пример совместной ответственности разработчиков программного обеспечения.

Если у вас нет монет, вы не берете на себя никакой вины; Программное обеспечение — это инструмент, и те, кто его разрабатывает, не несут ответственности за то, что с ним делают другие. Это принципы, на которых до сих пор основывалось юридическое понимание криптосцены. Потому что, похоже, пришло время поставить под сомнение эти принципы.

По крайней мере, окружной суд Восточного Брабанта в Эйндховене признал одного из разработчиков Tornado Cash, Алексея Перцева, ответственным за то, что случилось с его программным обеспечением.

Tornado Cash — это система смарт-контрактов на Ethereum, которая относительно элегантно позволяет анонимизировать токены в блокчейне. Через Tornado Cash было отмыто множество монет и токенов, во многих случаях в связи со взломами DeFi, а в некоторых случаях также с помощью хакеров из Северной Кореи. Почти два года назад разработчики Tornado Cash были арестованы, а адреса смарт-контрактов, которые остаются активными, были подвергнуты санкциям.

Судебные дела против застройщиков, которые проходят в США и Нидерландах, интересны тем, что они не только говорят законы, но и создают законы. Поскольку Tornado Cash — это система смарт-контрактов, оператора по сути нет; смарт-контракты больше нельзя изменить, поскольку разработчики отключили соответствующую функцию после пробного периода; немногие оставшиеся возможности оказывать влияние были переданы децентрализованной автономной организации (ДАО). У разработчиков не было возможности помешать хакерам отмывать монеты через Tornado Cash. Как они могут нести за это юридическую ответственность?

Можно, судит суд Восточного Брабанта. Он начинается с голландского правового принципа, согласно которому «посредник, предоставляющий услуги связи для передачи данных, не будет осужден, если его услуги будут использоваться не по назначению в преступных целях», но при одном условии: если он последует требованию суда, «немедленно принять все меры, которые можно ожидать, что данные больше не будут доступны». Эта судебная практика, по мнению суда, «специально разработана для поддержки свободы выражения мнений», поскольку, если посредник может избежать ответственности за криминальные данные, заблокировав их, «нет обязанности заниматься превентивной цензурой».

Блокчейн, который не позволяет удалять данные, и смарт-контракты, которые нельзя изменить, очевидно, являются проблемой в этой модели. Карт-бланш для поставщиков услуг становится сомнительным. Невозможно дать подозреваемому указание удалить определенные данные, поэтому, по мнению суда, Перцев «не может считаться посредником, как это определено в уголовном законе», тем самым упуская «основание для исключения правонарушения». Как и другие разработчики, ответчик, как изобретатель Tornado Cash, «несет ответственность за последствия использования этого инструмента». Автономный, неизменный и неостановимый характер смарт-контрактов не является оправданием в этом контексте. Они являются результатом сознательного решения дизайнеров».

Кроме того, разработчики Tornado Cash прекрасно понимали, что их изобретение используется для отмывания денег. Доказано, что около 30 процентов средств, поступивших в онлайновый миксер, поступили из криминального источника. Однако это «не помешало ответчику продолжить разработку Tornado Cash». До ареста он даже работал над «улучшением конфиденциальности, которую предлагает Tornado Cash». Никогда не было момента, когда он больше не хотел, чтобы его ассоциировали с Tornado Cash. «Обвиняемый согласился на простое, неограниченное, предсказуемое и очевидное преступное использование Tornado Cash», а также получил от этого выгоду через токены TON.

По этим причинам суд признает Алексея Перцева виновным в содействии отмыванию 535 809 эфиров (около $1,2 млрд) и приговаривает его к 64 месяцам тюремного заключения.