В Звёздном городке продолжается подготовка к полёту на МКС, намеченному на 21 марта. В состав международного экипажа вошли космонавт «Роскосмоса» Олег Новицкий, Марина Василевская из Республики Беларусь и астронавт NASA Трейси Дайсон. Планируется, что россиянин и белоруска через 12 суток вернутся на Землю на корабле «Союз МС-25».
О том, как идёт подготовка к полёту, который обсуждался на высшем уровне Владимиром Путиным и Александром Лукашенко, aif.ru поговорил с командиром экипажа, Героем России, лётчиком-космонавтом РФ Олегом Новицким.
Придётся работать за двоих
Дмитрий Писаренко, aif.ru: — Олег, для вас это будет уже четвёртая экспедиция на МКС. Воспринимаете её как необычную? Всё-таки летите с двумя женщинами.
Олег Новицкий: — Для меня необычность лишь в том, что полёт будет коротким. Предыдущие три экспедиции, в которых я участвовал, были длительными, к короткому полёту я никогда раньше не готовился. Тем более что придётся исполнять обязанности и командира корабля, и бортинженера. То есть работать за двух человек. В этом тоже есть своя специфика.
— А есть ли какие-то нюансы из-за того, что с вами летит не имеющая опыта космических полётов Марина Василевская?
— Нет. Марина — такой же член экипажа, как и остальные. И подготовку проходит так же, как все проходили до неё. И она, и американка Трейси Дайсон на всех этапах полёта будут стараться помогать мне по мере своих возможностей и навыков, что, конечно же, находит отражение в их тренировках. Поэтому они проходят подготовку даже глубже, чем им необходимо.
— А вы в ходе подготовки выступаете в роли их наставника?
— Основная моя функция — командир экипажа. Я должен обеспечить выполнение программы полёта, безопасность экипажа. К тому же у Трейси есть опыт космических полётов, моё наставничество ей ни к чему. Она уже проходила подготовку и летала на «Союзе». Поэтому сразу и со знанием дела включилась в работу.
С Мариной, конечно, немного по-другому. Она проходит подготовку по сокращённой программе. В её обязанности не входит работа в качестве полноценного бортинженера, тем не менее, она очень внимательно следит за всеми параметрами систем корабля. Если возникают какие-то вопросы или нюансы, требующие обсуждения, мы их потом разбираем.
Например, были ситуации, когда Марина замечала отклонения от нормы или изменения показаний давления газа в шар-баллонах, парциального давления кислорода, о чём сразу докладывала мне. И после тренировки мы уже у меня в кабинете обсуждали происшедшее. Я объяснял, что рост парциального давления кислорода на этом этапе норма — идёт подача газа в объём корабля для дыхания.
— Вы ведь сами родом из Белоруссии. На каком языке общаетесь с Мариной Василевской?
— Общаемся на русском, но бывает, в разговорах проскакивают какие-то белорусские фразы и слова. Правда, мы даже не замечаем этого, всё происходит как-то само собой.
Требования ко всем одинаковые
— Отличается ли подготовка женщин от подготовки мужчин? Всё-таки считается, что слабый пол более эмоционален, зачастую подвержен резким перепадам настроения.
— При подготовке в отряде космонавтов нет разделения на мужчин и женщин — требования ко всем абсолютно одинаковые. Когда идёт отбор (а Марина его блестяще прошла, как и ее дублёрша Настя Ленкова), люди отсеиваются, в том числе по психологическим соображениям. До финала доходят самые стрессоустойчивые — как раз те, у кого не бывает резких перепадов настроения.
— Из предыдущей экспедиции вы возвращались на одном корабле с киногруппой, снимавшей фильм «Вызов» — Климом Шипенко и Юлией Пересильд. Получается, вы тогда летели с женщиной, не имевшей опыта космических полётов, и сейчас полетите. Это совпадение или нет? Возможно, вы тогда зарекомендовали себя как человек, умеющий найти подход к неопытному члену экипажа женского пола, поддержать его? И поэтому вас назначили в этот полёт.
— Может, и так. В таком случае в этом полёте мне доверили уже двух женщин (смеётся).
Да нет, я думаю, просто сказался опыт предыдущих полётов. Всё-таки за плечами три длительных экспедиции, и в каждой я был командиром экипажа. Причём во второй раз я летал с двумя иностранцами, то есть без нашего бортинженера. А когда возвращался с Климом Шипенко и Юлией Пересильд, оба они были неопытными членами экипажа. Наверное, всё это в совокупности и сыграло роль.
После полётов мы беседуем с психологами, они оценивают наше состояние, то, как мы справились с поставленными задачами, различными ситуациями. С Юлей Пересильд такие беседы тоже проводились. Возможно, к её мнению прислушались, я не знаю. Меня просто поставили перед фактом: будешь командиром экипажа.
— Раз речь зашла о женщинах. Какие сложности у них в первую очередь возникают на МКС?
— Если говорить о тех, с кем я летал, то никаких сложностей я не замечал. Даже у Пересильд их не было, хотя она не профессиональный космонавт. Не было истерик, женских обид, чего-то подобного. Все вели себя спокойно и адекватно.
— Длинные волосы проблем не вызывают?
— Им ещё на Земле дают советы, как лучше управляться с причёской. Они заранее готовятся к этому. Никто ведь не будет летать по станции с распущенными волосами. Все понимают, что это неудобно и самому человеку, и окружающим. Волосы можно аккуратно закрепить, уложить их в пучок. Проблем не возникает. Та же Юля Пересильд и мыла свои волосы, и сушила их.
«Была эйфория, когда встал под душ»
— На МКС вы пробудете недолго. Что предстоит сделать за это время?
— У каждого из нас своя программа. Трейси присоединится к американскому сегменту МКС, будет работать по их программе. Для Марины Василевской научная программа составлена специалистами Национальной академии наук Беларуси. Но в ней есть и эксперименты, предложенные российскими учёными.
У меня в основном будут работы по кораблю — разгрузка, замена ложементов, подготовка на спуск. И тоже небольшое участие в экспериментах.
— Говорят, сейчас бытовые условия на МКС лучше, чем 20 лет назад. В первую очередь это касается возможностей связи: космонавты могут в любой момент звонить родным и друзьям, пользоваться интернетом. А чего там больше всего не хватает?
— Мне не хватает падающей на меня воды во время приёма душа. Не хватает общения с друзьями — не по расписанию, а в том виде, в каком оно происходит у нас на Земле. Ещё не хватает прогулки по лесу, езды на мотоцикле. А кому-то, например, не хватает шашлыка, жареной картошки.
Помню, у меня была сильная радость и даже эйфория, когда после первого полёта я встал под душ. Это было очень приятно. В обычной жизни мы таких мелочей не ценим, воспринимаем как нечто заурядное. А зря.