Привычки народов, живущих, по сути, в палеолите, действительно могут не только удивить, но и шокировать привыкших к удобствам цивилизации городских жителей.
Это вполне относится к вопросам гигиены чукч.
Такого вопроса у чукч раньше не существовало просто потому, что мыться было негде. Более того, существовало поверье, по которому мыться водой означало смывать с себя здоровье. Отчасти, это было верным: промокнуть в продуваемой всеми ветрами тундре действительно означало верную смерть, да и задубевшая от солнца и грязи кожа служила своеобразной защитой от комаров и гнуса. Поэтому в плане личной гигиены чукчи особо не усердствовали.
Вот как описывает быт чукчей оказавшийся во время полярной экспедиции капитан Роберт Бартлетт в своей книге «Последнее плавание Карлака»: «Нас разместили в чуме, где кроме нас было еще человек 10, угощение состояло из тухлого моржового мяса, пеммикана и оленины, меня усердно поили адски крепким русским чаем, и всю ночь все непрерывно курили и кашляли. Духота стояла страшная».
Но снаружи было еще хуже – ураганный ветер и низкая температура в –32 —38 градусов Цельсия.
Советский антрополог, изучавший культуру и быть чукч Владимир Германович Богораз в своей книге «Чукчи» сообщал о гигиене народа коротко – живут в грязи, едят вшей, которых ловят на себе, а грязные котлы дают вылизывать собакам, – удручающее зрелище.
Удивить и шокировать могла не только грязная посуда, но и сама еда – например, содержимое оленьего желудка, смешанное с ягодами или даже олений помет.
На самом деле, Богораз не написал еще многого: что, например, от вшей чукчи смазывали волосы собственной мочой, а содержимое чана, в который мочились ночью, использовалось для мытья рук. Горячей воды в тундре зимой не было, топлива для того, чтобы ее согреть, не хватало, поэтому естественная жидкость вытекающая из человеческого организма была единственной водой для хоть каких-то гигиенических процедур, если их так можно было назвать. Правда, после мочи, руки «споласкивали» снегом. Снегом же подмывали младенцев, а вместо подгузников использовали сухой мох – сфагнум.
Если женщина рожала младенца зимой, а делал она это всегда одна, уходя в отдельную ярангу, то была вынуждена обмывать его собственной мочой.
Что же касается мытья тела, то летом чукчи иногда окунались в горячие минеральные источники, правда, в лечебных целях. А в остальные времена года предпочитали другие способы очистки кожи. Например, носили одежду, сшитую из шкур животных мехов внутрь, считая, что мех животных очищает. Как уточнял Богораз, для очищения тела от паразитов – вшей, чукчи в начале XX века покупали у русских белые рубахи, они надевали ее под свою обычную одежду и носили их по несколько дней, а потом снимали и выбирали вшей из швов рубахи, не находя в этом ничего необычного.
Смелая женщина, этнограф из Ленинграда Варвара Григорьевна Кузнецова, после Великой отечественной войны прожившая в ярангах с чукчами несколько лет, рассказывала, что чукчи никогда не стирали одежду. Летом обычно донашивали повертевшуюся зимнюю одежду, а к осени шили себе новую.
Но определенные правила гигиены у чукч все же были. Когда становилось совсем невмоготу от грязи, они начинали копить топливо, затем в одном из яранг разжигали очаг, в который клали несколько камней и устраивали «чукотскую баню» – раздевались донага и сидели вокруг очага – потели от жара. Это не занимало много времени, так как чукчи очень сильно потеют, и часто сокрушаются по этому поводу. Затем специальными скребками они соскабливали с кожи грязь вместе с потом и смазывали кожу свежим тюленьим жиром. Вот и вся баня. Одежду на это время выкидывали на мороз, а после «бани» надевали сменную одежду, если она была. Эту одежду носили до следующей бани, которую устраивали раз в три месяца.
Есть такая расхожая байка про то, что чукотский туалет – это две лыжные палки: одну надо воткнуть в снег и держаться за нее, чтобы не унесло ветром, а второй – отгонять волков. Представьте себе, но это частично – правда. Но отгонять зимой приходится не волков, а оленей, которые с удовольствием поедают снег с человеческой мочой (очевидно, им не хватает соли) и делают это так рьяно, что могут затоптать человека. Поэтому справлять малую надобность приходиться в тундре очень быстро, особенно женщинам.
Еще более интересный обычай существует при справлении нужды посерьезней. Путешественник Владимир Николаевич Сафронов в путевых заметках «Как я побывал у чукчей, не испорченных цивилизацией», вспоминает, что «следы» присутствия людей до сих пор располагаются в непосредственной близости от яранги, вдоль натоптанных дорожек. Это своеобразная «гостевая книга», по которой можно узнать, кто приходил и уходил из яранги. И это никого не смущает, во-первых, потому что температура в тундре редко повышается выше ноля, а во-вторых, в тундре отсутствуют помойные мухи, и поэтому отходя человеческой жизнедеятельности не беспокоят обитателей яранг.
Через какое-то время чукчи просто снимаются с места и кочуют на новую стоянку.
Разумеется, большая часть чукотского народа уже давно переселилась из душных холодных яранг в квартиры со всеми удобствами, и теперь все они могут наслаждаться чистотой наравне с другими благами цивилизации.