Великобритания окончательно порвала с Евросоюзом. Часть страны бурно празднует это событие (насколько позволяет очередной жесткий локдаун), часть посыпает голову пеплом и пророчит страшные потрясения. Но и те и другие задаются теперь вопросами, что дальше и куда идти. Неизвестность пугает и сторонников Brexit, и уж тем более убежденных его противников. Для объединения всех лагерей на позитивной платформе правительство снова заговорило о проекте «Глобальная Британия». Правда, попытки эти вызывают явное непонимание у самих британцев. Потому проект рождается в муках и постоянно откладывается.
Данный термин не нов. Впервые его пафосно анонсировал еще в декабре 2016 года тогда еще начинающий министр иностранных дел Борис Джонсон. Причем представил его, по сути, как неоимперский проект. После прошлогодних широкомасштабных акций BLM и тотального свержения памятников колониальному прошлому нынешний премьер вряд ли решился бы на такие аналогии. Но пять лет назад Джонсон не стеснялся прямых параллелей между нынешней внешней политикой Британии и ее имперскими авантюрами XIX века.
Так, он одновременно вспомнил печальную судьбу английского гарнизона Кабула в 1842 году и «подвиги» своих соотечественников в современном Афганистане. Правда, Джонсон тут же пояснил: если два столетия назад британские солдаты гибли там «во имя имперской славы», то теперь — «в надежде улучшить жизнь народа Афганистана». Ну а за что еще они сражаются? Наверное, именно заботой об афганцах объясняются попытки официального Лондона скрыть военные преступления своих солдат в этой стране.
Из этих параллелей от Джонсона можно сделать вывод: проект «Глобальная Британия» — это попытка возродить былые имперские амбиции и влияние некогда мощной державы во всех регионах земного шара, выдавая это за стремление помочь обиженным и угнетенным. Именно поэтому нынешний премьер даже в условиях борьбы с пандемией и экономических трудностей активно борется за сохранение довольно обширной финансовой помощи странам третьего мира и оппозиционерам в державах, считающихся «противниками» (Россия не исключение).
Поскольку такие траты осуждаются самими британцами (причем в первую очередь — сторонниками Brexit), Джонсон пытается иногда даже дать своим прожектам экономические обоснования. Например, объясняя, зачем Лондон выделяет средства якобы на обучение грамоте пакистанских девушек, он пояснил: «Чем больше девочек в мире умеют читать, тем больше копий «Гарри Поттера» вы сможете продать».
Но, рассуждая о судьбе юных пакистанок, Лондон никогда не забывает о милитаристских устремлениях, основе основ данного проекта. Практически сразу после того, как Джонсон стал премьер-министром, он торжественно пообещал «в ближайшее время» представить уникальный, расширенный Обзор безопасности, обороны и внешней политики, в котором впервые после холодной войны кабинет министров должен представить свою долгосрочную стратегию сразу на всех этих направлениях. Правда, процесс явно затянулся. Под предлогом пандемии и вызванного ею перераспределения бюджетных средств (а на деле — из-за неопределенности вокруг сделки с Евросоюзом) публикация Обзора была отложена — сначала на конец 2020 года, затем на начало 2021-го. Так что в ближайшие дни ожидаем это значимое событие или же его новую отсрочку.
Сам Джонсон обещает, что благодаря его проекту будет «усилено глобальное влияние» Великобритании. Для этого, по мнению премьера, необходимо вывести на новый уровень вооруженные силы страны и «прекратить эру отступлений». Бывший министр обороны Гэвин Уильямсон (ныне он отвечает за образование) однозначно пояснил цель «Глобальной Британии»: благодаря реализации этого плана Лондон сможет вмешиваться в дела других стран в одиночку, а не в качестве вспомогательного отряда вооруженных сил США.
Партийные соратники Джонсона очень воодушевлены этими амбициями и уверяют, что с их реализацией начнется полная перезагрузка восприятия страны в мире. Правда, они тут же признают, что шесть подобных Обзоров, выпущенных с 2010 года, так и не сработали. А вот седьмой, по их мнению, сработает обязательно. Так как он ведь будет самым обширным и долгосрочным.
Судя по множеству скептических комментариев, мало кто верит в реализацию и этого плана. Хотя многие полагают, что расколотому обществу нужна наконец какая-то объединяющая позитивная идея. Журнал The Economist признает, что после Brexit у британцев есть вариант «принять снижающийся статус их страны и сфокусироваться на домашних делах, становясь большой Данией, благопристойным североевропейским местечком без претензий на статус супердержавы».
Многим это покажется удивительным, но именно такой вариант поддерживает относительное большинство жителей страны. Тридцать восемь процентов британцев согласны с утверждением «Британия должна прекратить притворяться важной державой в мире», и лишь 28 процентов с этим не соглашаются. Так что имперские амбиции Джонсона и его соратников явно не находят поддержки среди значительной части населения. Никак не желает оно «бороться за лучшую жизнь афганцев», убивая тех.
Самым парадоксальным является тот факт, что больше всех пекутся об утраченных для Британии возможностях сохранять влияние в мире противники Brexit, то есть те самые люди, которые громче всех обвиняли своих оппонентов в «имперской ностальгии». Следует напомнить, что именно необходимостью сохранения Британии в составе «Европейской империи» обосновывал свои призывы отказаться от Brexit лидер либералов Евросоюза Ги Верхофстадт, являвшийся главным переговорщиком ЕС при обсуждении условий сделки с Лондоном. В частности, он заявлял: «Мировой порядок завтрашнего дня будет базироваться не на национальных государствах или странах. Этот мировой порядок будет базироваться на империях». И тогда его слова вызывали гром аплодисментов яростных противников Brexit.
Таким образом, можно утверждать, что прожект «Глобальная Британия», с которым носится Джонсон, — это скорее ответ на разочарование его оппонентов от утраты империи под названием Европейский cоюз, попытка объединить противоборствующие стороны на единой патриотической повестке.
Но раскол страны на консерваторов и лейбористов, на сторонников и противников Brexit, на «Юг» и «Север» настолько велик, что специалисты в области стратегий выражают глубочайшие сомнения в возможности разработать и продвинуть единые цели и задачи в нынешних условиях. Особенно учитывая тот факт, что приближаются выборы шотландского парламента, а это значит, что в ближайшие месяцы стоит ожидать усиления тамошнего сепаратизма и призывов к новому референдуму о выходе региона из Великобритании.
Если Лондон не устоит в этой борьбе, проект «Глобальная Британия» может трансформироваться в проект «Глобус Англии» (по аналогии с глобусами Украины — бесполезными сувенирами, популярными у украинских националистов). И тогда даже мечта стать «большой Данией» может оказаться неактуальной.