Конституционный суд Ингушетии, который последние два года боролся за права протестующих против соглашения об установлении новых границ с Чечней, может быть ликвидирован. Законопроект с таким предложением внес в Народное собрание республики глава Ингушетии Махмуд-Али Калиматов. На содержание суда тратится около 20 миллионов рублей, а за время своего существования он принял меньше трех десятков постановлений. Однако в последние годы Конституционный суд Ингушетии стал последним оплотом для инакомыслящих в республике: поддерживал право на мирный протест, боролся за обеспечение жильем вынужденных переселенцев из Чечни и требовал от властей в полном объеме закупать лекарства для льготников.Медленный и протестный«За время существования этот суд вынес 24 постановления, он малоэффективен», — заявил журналистам в четверг, 24 сентября, советник главы Ингушетии Исса Костоев.Конституционный суд Республики Ингушетия был создан еще в декабре 2009 года. За первые три года своего существования он вынес всего три постановления: о надбавках пенсии для бывших чиновников и о путевках в санатории для жертв политических репрессий. После 2013 года суд немного «ускорился» и начал принимать в среднем по два-три постановления в год.Однако местные власти на низкую производительность судей не сетовали до тех пор, пока в 2018 году Конституционный суд не встал на сторону жителей республики, протестовавших против передачи земель Ингушетии соседней Чечне.С момента подписания соглашения о закреплении границы между Ингушетией и Чечней прошло уже два года. За это время десятки ингушей, выступивших против обмена территориями, успели отсидеть в тюрьме, а некоторые еще отбывают назначенное им наказание. Решение об установлении границы с Чечней осенью 2018 года вызвало многотысячные протесты в Ингушетии.Два судаВ конце октября 2018 года Конституционный суд Ингушетии признал соглашение с Чеченской Республикой незаконным. Занимавший на тот момент пост главы республики Юнус-Бек Евкуров обошел это постановление через Конституционный суд России, который подтвердил правомерность земельного договора.Однако протесты против соглашения о границе с Чечней продолжились и после решения «большого» Конституционного суда. В итоге летом 2019 года Юнус-Бек Евкуров ушел в отставку.Сменивший его на посту Махмуд-Али Калиматов продолжил политику своего предшественника, направленную на сохранение соглашения о границе с Чечней и на подавление внутреннего сопротивления. В марте 2020 года был ликвидирован местный Совет тейпов — совещательный орган, в который входили представителей самых уважаемых семейств республики. Тогда Верховный суд Ингушетии поддержал ликвидацию, ссылаясь на «вмешательство в деятельность властей и обнародование гостайны».Иск против Совета тейпов в октябре 2019 года подал Минюст, после того как организация призвала ингушских депутатов отдавать голоса за соглашения о границах республики с Чечней и Северной Осетией. Конституционный суд Ингушетии в свою очередь признал необоснованными ограничения на проведение митингов. Этот вопрос стал актуальным для республики после массовых отказов в согласовании акций в поддержку арестованных участников протестов в марте 2019 года.Ценность правосудия Хотя инициатором ликвидации Конституционного суда республики является Махмуд-Али Калиматов, сам он ситуацию никак не комментирует. Спикером со стороны республиканских властей выступает его советник Исса Костоев.Тот заявил, что полномочия судей закончились в декабре 2019 года, а продлевать их в связи с новой редакции Конституции — незаконно. В статье 118 перечислены все виды судов, которые могут действовать на территории России, и республиканских конституционных судов там нет. «О существовании этого суда, по моему убеждению, общественность узнавала в связи с ситуацией, которая у нас появилась в 2018 году, в связи с заключением соглашения о территориальном разграничении с Чеченской Республикой», — говорит Костоев. По его словам, содержание своего Конституционного суда дорого обходится Ингушетии — 20 миллионов рублей в год.Адвокат Магомед Беков (его слова приводит оппозиционное издание «Фортанга») в ответ на претензии Костоева о дороговизне содержания суда привел цифры других республиканских трат: «Оправданны ли расходы в 2020 году... на содержание комитета госзаказа 9 млн рублей? Постпредство в Москве 30 млн? Аппарат общественной палаты 4 млн? Оправданно ли выписывать себе любимым (речь о главе и его подданных) премии на 405 млн рублей или расходовать 55 млн рублей на предстоящей концерт по поводу празднования 250-летия принятия ингушами российского подданства?»Позиция суда Daily Storm связался с председателем Конституционного суда Республики Ингушетия Аюпом Гагиевым.Судья пояснил, что на основе закона «О судебной системе РФ» регионы России получили право создавать свои конституционные и уставные суды. В республиках эти суды именуются конституционными, потому что главный учредительный документ — это конституция региона, а в других субъектах — устав, их суды называются уставными. конституционных судов в России сейчас 15. Гагиев обратил внимание на то, что никакой суд не может быть упразднен, если отнесенные к его ведению вопросы не были одновременно переданы в юрисдикцию другого суда. «В настоящее время они могут быть переданы только федеральному суду, например, Верховному суду республики. Но это может быть сделано только путем внесения соответствующих изменений в федеральный закон «О судебной системе», - сказал Гагиев. Он обратил внимание на то, что если эти изменения будут внесены, то после этого Махмуд-Али Калиматову придется продавить изменения в Конституции Республики Ингушетия и уже после этого законодательно запрещать Конституционный суд. «За 10 лет деятельности суда нами было вынесено 24 постановления и более 70 определений. Знаковыми считаю дела, связанные с защитой прав детей-сирот, учителей, вынужденных переселенцев, детей, страдающих тяжелыми заболеваниями, и, конечно же, с защитой территориальной целостности Ингушетии. Должен сказать, что мне не стыдно ни за одно принятое нами решение», — заключил Аюп Гагиев.Так, в феврале 2019 года суд встал на сторону вынужденных переселенцев из Чечни: республике достаточно было оказать им «иные меры поддержки» (в случае истицы Мадины Дзортовой «иная поддержка» составила 23 846,4 рублей), чтобы лишить их права на получение жилья.Как сообщал «Мемориал» (организация, признанная в РФ иностранным агентом), жительница Грозного Мадина Дзортова была вынуждена бросить все и бежать в Ингушетию в начале войны в декабре 1994 года. Впоследствии власти Чечни незаконно передали ее дом в пользование другим людям, а попытки вернуть его через суд потерпели неудачу. В Ингушетии Мадина проживает уже более 20 лет, скитаясь по чужим углам. Дом ее родственников, в котором она сейчас живет, признан аварийным.Права на жилье она лишилась именно из-за выплаты в 20 с небольшим тысяч рублей. Таких примеров множество: в сентябре 2018 года в Ингушетии из списка вынужденных переселенцев, нуждающихся в жилье, исключили 2 151 семью.В декабре 2019 года Конституционный суд Ингушетии вступился за льготников, которым не смогли предоставить лекарства из-за нехватки денег. В бюджет 2019 года было заложено 15 миллионов рублей на эти цели, 2020-го — 13 миллионов рублей, 2021 года — столько же. При этом необходимая норма — 260 миллионов рублей. В суде потребовали от парламента Ингушетии обеспечить финансирование соответствующих расходов для лекарств льготников в необходимом объеме.