В 1972-м году команда британцев покорила одну из самых диких территорий на планете. Вот как это было «Я выпрыгиваю из Range Rover и бросаюсь снимать лестницу с крыши, но наш доктор кричит мне: «Эй! Сзади!». У моих ног – копьеголовая гадюка. Маленькая, коричневая, смертоносная. Противоядия от ее яда нет. Она вонзает зубы в мой ботинок, едва не задев кожу. Пока она поднимается, чтобы укусить снова, док выхватывает мачете и сносит ей голову…» Это рассказ Гэвина Томпсона – офицера, который весной 1972-го года возглавил первую в Истории успешную автоэкспедицию по самой негостеприимной территории в мире – Дарьенскому пробелу. Этот участок земли между Панамой и Колумбией был и остается просто адским: 250 миль заболоченных малярийных джунглей, кишащих смертельно ядовитыми змеями и летучими мышами-кровососами. Ни дорог, ни мостов – только кусок непроходимого подлеска размером с Бразилию, известный лишь племенам, что живут в этих лесах. Карт не существует. На самом деле миссия Томпсона была куда более масштабной, чем покорение Дарьенского пробела. Это был первый тест континентального размаха: 17 тысяч миль из Анкориджа (Аляска) до южной оконечности Южной Америки. Команда Томпсона из шести человек и двух Range Rover предыдущего года выпуска была высажена военными в Анкоридже в декабре 1971, в самом сердце зимы на Аляске. Гэвин говорит, что путь по территории США и до Панамы прошел «без осложнений». Это если не считать того, что на обледенелом канадском шоссе один из Range Rover влетел в грузовик, а в Никарагуа был обстрелян (ни в кого не попали). На самом юге Панамы, пройдя тысячу миль по грязной пустынной трассе, экспедиция уперлась в стену джунглей. В Дарьенский пробел. Прежде чем углубиться в джунгли, команда Range Rover собрала экспедицию из 64 человек: в нее вошли ученые и инженерные войска. Они планировали пересечь Дарьенский пробел в сухой сезон, но дожди продолжались дольше, чем ожидалось. Продвижение сквозь сырой подлесок затянулось – временами они проходили едва ли милю в день. Сначала солдаты инженерных войск прорубали и пропиливали путь, по которому потом ползли Range Rove. Гэвин управлял первым – дюйм за дюймом по ухабам, а перед передним бампером шел офицер, чтобы предупреждать о камнях и выбоинах. Через сто метров или около того Гэвин выпрыгнул из первой машины и побрел назад, ко второй. Всего пара дней в джунглях, а все уже пошло наперекосяк... В густой, вязкой грязи быстро кончился передний дифференциал, за ним задний, а потом передний дифференциал и у второй машины. «Нам сказали, там болото, так что мы поставили большие, широкие "болотные" колеса. Но там было не болото, это была грязь. У шин оказалась такая большая инерция, что они ломали шестерни-сателлиты". «Гэвин отправил SOS в штаб Rover. После моделирования маршрута в Солихалле (с ума сойти), оттуда прислали новые дифференциалы и стандартные шины для бездорожья. Это сработало». Даже если машины шли ровно, условия все равно были адскими. Для начала – скорпионы и злобные кусачие муравьи, летучие мыши-вампиры нападали на лошадей, а беломордые пекари – дикие свиньи, бегающие стаями из сотен голов и атакующие все на своем пути – осадили лагерь. В команде начались малярия и лихорадка, а из-за пребывания в холодной сырой грязи по 12 часов в день многие заработали некроз кожи и пальцев стоп. Припасы сбрасывались с воздуха: 10 тонн еды, 15 тысяч галлонов топлива, 2400 банок пива, 80 000 сигарет. Везде, где возможно, ехали на «Роверах», но многие реки и болота можно было пересечь только на лодке. Машины переправляли на плотах, и Гэвин был на борту, давя на тормоза и надеясь, что Range не свалится. Но это все же случилось. При буксировке через реку шириной в сотню метров самодельный плот попал в быстрину и опрокинулся. Range Rover ушел под воду, Гэвину удалось выбраться через окно водительской двери. Когда автомобиль при помощи лебедки выволокли на сушу, все его внутренности совершенно пропитались водой. «Я хорошенько просушил машину, и мне сбросили очень много масла, – говорит Гэвин. – И потом в ней работало все, кроме кассетного магнитофона». К концу апреля, как раз перед тем, как снова зарядили дожди, мрачные, измученные участники экспедиции выбрались из огромного болота с его южной стороны . На то, чтобы пересечь Дарьенский пробел, им потребовалось ровно 100 дней. Расставшись с джунглями, команда Гэвина отправилась дальше на юг Америки: впереди были сотни миль гравийных дорог. К 9-му июня 1972 года, шесть месяцев спустя после выезда из Анкориджа, два Range Rover достигли финиша своего 17 000-мильного пути - самой южной оконечности Южной Америки. Команда открыла бутылку шампанского, отхлебнула и… отправилась в Буэнос-Айрес, чтобы улететь домой. Каждый из них заплатил пять тысяч за авиабилет. А трансамериканская экспедиция оказалась не только самым амбициозным автопутешествием в истории, но и боевым крещением новорожденного 4х4.