В сетях чиновничьих фантазий: на педагогов решили возложить обязанности спецслужб

Российских школьных учителей хотят обязать следить за чатами, ТГ-каналами и аккаунтами учеников в соцсетях, чтобы отслеживать появление деструктивного контента и негативные изменения в риторике и поведении.

В Татарстане уже идет подобный эксперимент, провести который решено после пяти нападений на школы в стране в течение месяца, сообщает телеграм-канал Mash.

По его информации, преподаватели как минимум трех школ региона попросили родителей сообщить более подробные сведения о сетевой активности их детей — номера телефонов, ссылки на страницы в соцсетях. Доступ к данным будет ограничен: их увидят только администраторы, классные руководители и сотрудники центра по мониторингу деструктивных материалов.

Предполагается, что такие меры позволят вовремя выявлять вызывающий подозрения или запрещенный контент, после чего принимать профилактические меры по предотвращению возможных происшествий.

Кандидат психологических наук, заслуженный учитель России Александр Снегуров считает неправильным желание чиновников заставить педагогов отслеживать сетевую активность школьников в условиях и без того повышенной нагрузки.

— Учителя, считается, должны отвечать за всё: от соблюдения правил дорожного движения учащихся до профилактики экстремизма и терроризма среди них. Как только в социально-экономическом пространстве появляется очередной тревожный кейс, ответственность за его профилактику и контролирующие функции возлагаются на плечи педагогов, которые должны транслировать здоровые идеи и мысли.

«СП»: Вроде бы это объяснимо: в школе собирается больше всего детей, это происходит систематически, учителя тоже постоянно рядом с ними.

— Но перегрузка в работе учителей уже достигла такой степени, что эффективно отслеживать соцсети и блоги детей они не смогут. Сомневаюсь, что в случае принятия официального решения его будут должным образом выполнять. Начнут, конечно, что-то делать, но, скажем так, больше имитационно.

Трудно представить, как можно отследить соцсети, блоги, телеграм-каналы детей. Ведь они там проводят время уже с третьего-четвертого класса. Когда же нам тогда готовиться к урокам, экскурсиям, диагностикам? Это же всё остается в сфере нашей ответственности.

Согласен, именно в соцсетях нередко проходит что-то опасное, требующее внимания. Но есть же различные боты, агрегаторы, отслеживающие появление такой информации.

Искусственный интеллект здесь должен помогать. Существуют специальные методики, позволяющие выявлять такой контент. Почему все это снова хотят возложить на учителей?

«СП»: Судя по всему, в Татарстане педагоги уже взялись за это, пока в экспериментальном порядке.

— Они сразу взяли под козырек, стали тестировать, не думаю, что это правильно. Там многие инициативы проходят тестирование, правда не всё входит в широкую практику, есть сдерживающие механизмы. Эти механизмы оберегают педагогов, которые и так еле успевают за разными новшествами.

Судите сами: в классе зачастую 30 учеников. Про сельскую школу я не говорю — там порой и пять человек в классе может быть.

Как ежедневно отслеживать сетевую деятельность трех десятков школьников? Ведь трудно предугадать, когда проскочит какой-нибудь деструктивный манифест, будут высказаны опасные мысли, намерения.

«СП»: В советских школах, если учитель, классный руководитель замечал в поведении ученика какие-то тревожные перемены, то мог просто доверительно побеседовать с ним. Как сейчас подходить к такой ситуации? Изменился школьный формат, во многом стали другими отношения между учениками и педагогами?

— Вы правы, произошло изменение всей картины, назовем это так. Я неоднократно говорил, что произошло нарушение нормального диалога между учеником и учителем. В отношениях между ними исчезла доверительность, атмосфера искренности, которую надо создавать и поддерживать, тратить на это время и усилия.

«СП»: Но без такой атмосферы все усилия будут напрасны.

— Нет, совсем это не ушло. Есть педагоги, которые продолжают обращаться к сердцам и разуму детей, беседуют с ними, выясняют что-то, пытаются предупредить негативные последствия возможных неправильных действий. Таких людей немало, их опыт показывает, что во многих ситуациях никакие боты не помогут предотвратить нежелательные поступки учеников.

Но чаще всего имеют место перегрузка, зашоренность, общая отстранённость. Дети подчас загружены кружками, платными занятиями, когда после школы они сразу убегают или вообще не являются, переходят на очно-заочное обучение, находясь дома целыми днями.

«СП»: Такой режим не позволяет наблюдать за учеником, мониторить атмосферу среди школьников?

— Беседы, наблюдение за ребятами в классе, во внеурочной деятельности — все это, к сожалению, сегодня уходит в тень. Напомню, раньше после занятий дети шли убирать свой класс.

Во время уборки они постоянно обсуждали с классным руководителем свои проблемы. Порой затевались беседы о том, чем живет коллектив вне уроков, какие настроения и так далее. Учитель в это время проверял тетради или занимался чем-то другим, что позволяло ему активно участвовать в разговоре.

Сегодня такое встречается нечасто. Даже родительские собрания порой проходят в чатах. Но ведь не обо всем же педагог может написать в чате. Для некоторых ситуаций необходим другой уровень диалога.

Здесь надо непосредственно видеть собеседника, ощущать связь с ним, понять настроение, чтобы сказать: ваш ребёнок стал насторожен, видна его отстранённость, псевдовнимательность по каким-то вопросам. Ведь этот всплеск психоза может проявиться с разных сторон.

«СП»: В нападениях?

— Да, это, конечно, психоз, когда человек идет на что-то подобное. Это может быть скрытый психоз, камуфлированный, когда человек внешне спокоен. Психоз, выраженный в жестах, мимике, каких-то высказываниях на уроке. Но это всё надо обобщить и сообщить в деликатной форме в личном разговоре, а не в чате, где возможны только краткие формулировки. Это очень ответственный и серьезный разговор.