Дать шанс на исправление? Калужане – о спецшколах для хулиганов
Эксперты и читатели оценили предложение депутатов вернуть советские спецучреждения для трудных подростков и дать школам право направлять туда учеников с девиантным поведением.
«Буквально связаны руки»
Недавно председатель Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина высказалась о том, чтобы администрации в школах дать право направлять агрессивно настроенных учащихся на перековку в СУВУ – специальные учебно-воспитательные учреждения. Сейчас добиться привлечения к ответственности, и в том числе отчисления из школы, агрессивных подростков младше 14 лет крайне сложно из-за существующих законов. Хулиганы чувствуют свою безнаказанность, от их действий не защищены одноклассники, а педагоги не могут продуктивно организовать учебный процесс.
По опыту учителей, практически в каждом классе есть свой «отпетый» хулиган или даже несколько агрессивных одноклассников, срывающих уроки. Имеющийся у учебного заведения арсенал методов воздействия часто результата не приносит.
Недавно российские депутаты озвучили идею вернуть школам полномочия по переводу таких девиантных подростков в специальные учебные заведения с согласия комиссий по делам несовершеннолетних. При этом народные избранники ссылаются на опыт советской педагогики.
Как же было в СССР? Тогда в стране тоже работали учебно-воспитательные учреждения закрытого типа для исправления несовершеннолетних, «злостно и систематически» нарушающих правила общественного поведения или совершивших общественно опасные действия до достижения возраста уголовной ответственности. В них учились, получали профессиональное образование и работали подростки с 11 до 14 лет. Пока они содержались в спецшколе, с родителей бралась определённая плата.
Идея отправлять хулиганов в особые школы в целом в массе калужан вызывает отклик. По крайней мере, большинство читателей соцсетей МК «Калуга Сегодня» в ходе опроса согласились с этим.
С аттестатом и профессией
О том, как сейчас работают с «трудными» подростками, и о практике направления в СУВУ рассказала руководитель подразделения по делам несовершеннолетних регионального УМВД Людмила СИМКИНА:
— В специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа (СУВУЗТ) сейчас попадают в двух случаях. Если ребёнок совершил преступление до достижения возраста уголовной ответственности. А он по преступлениям различной тяжести разный.
Вторая категория — достигшая возраста уголовной ответственности за преступления средней тяжести и тяжкие, но судья может освободить подростка, если он в силу определённых причин требует особого педагогического подхода и условий воспитания.
Уклонение от учёбы тоже принимается во внимание при решении направлять ребёнка в спецшколу или нет. Комиссии по делам несовершеннолетних учитывают и обстановку в семье. Это дети, которые уже совершенно вышли из-под контроля. Если суд посчитает, что с ними исчерпаны все профилактические меры, они находятся в социально опасном положении, и это является причиной совершения социально опасных деяний и преступлений, тогда ребёнок направляется в СУВУЗТ.
На территории Калужской области СУВУЗТ нет, поэтому подросток может попасть и в Тулу, и в Кировскую область или Северную Осетию. В спецшколе такие дети находятся на полном государственном обеспечении.
По конкретному поступающему проводится психолого-медико-педагогическая комиссия, составляется план действий по устранению девиантного поведения и усвоению учебной программы.
— Подросток не просто проходит программу школы, — продолжает Людмила Викторовна, — а также получает профессиональное образование. Эти дети приезжают абсолютно адаптированные к жизни в обществе, с аттестатом об основном образовании и с корочкой, к примеру, профессии портного, маляра или краснодеревщика.
По мнению руководителя регионального ПДН, во многих случаях разлука с родителями и смена привычной обстановки идут на пользу такому ребёнку. Он начинает больше ценить то, что имел, получает шанс «с чистого листа» проявить себя в учёбе, общественно полезной деятельности. Дети возвращаются с грамотами, а если ещё и с положительной характеристикой – то могут быть сняты с учёта в ПДН. Плюс у них нет судимости, не берётся штраф или не назначается условное наказание.
Тем не менее, несмотря на это, наши гуманные суды чаще отвергают ходатайства о направлении провинившегося в СУВУЗТ, чем соглашаются с этим. По статистике за прошедший год в различные спецшколы по стране уехали пятеро подростков из Калужской области. И это больше, чем обычно, в среднем цифра колеблется от двух до трёх человек в год.
А судьи кто?
Людмила Симкина не стала комментировать случай с ребёнком в 24-й гимназии, так как проверка по нему ещё не завершена. Однако стоит заметить, что в подавляющем большинстве случаев такого рода действия скорее должны подпадать под административное правонарушение, а оно по существующему законодательству не повод для определения ребёнка в спецшколу.
Но если представить себе, что образовательным учреждениям будут даны полномочия инициировать перевод злостного нарушителя дисциплины в СУВУ, тогда придётся администрации фиксировать все факты, разбираться в том, кто прав и кто виноват, собирать доказательства.
Сейчас источниками информации о плохом поведении и правонарушениях являются ПДН, они же проводят проверки и инициируют психолого-педагогические экспертизы. Готовы ли школы взвалить на себя не свойственную им функцию?
Если мы хотим «как в СССР», тогда надо вспомнить, что при социализме педагоги в школах не открещивались от проблем с «запущенными» детьми. У каждого классного руководителя была особая тетрадка для работы с трудными семьями, которые он в обязательном порядке посещал, искал контакт с ребёнком, родителями. А на классных часах и пионерских сборах разбирались школьные конфликты, детей учили общаться, «сплачивали» их в совместных экскурсиях, походах и других внеурочных мероприятиях.
Кто такой школьный хулиган? Очень часто это неадаптированный несоциализированный ребёнок, не получивший навык в своей семье. Школа замещала эту функцию, брала на себя, и парень к старшим классам выправлялся. Самые тёплые и искренние слова признательности учителям звучали потом, спустя много лет, от бывших двоечников и бузотёров – за то, что не бросили, поняли и показали своим примером, как надо.
Так, может, учесть этот ценный опыт и дать возможность педагогам больше времени проводить за человеческим общением с воспитанниками? Тогда, глядишь, и обстановка в классе потеплеет, и ссор будет меньше. А сложные случаи оставить профессионалам из ПДН.