Пять мужей самарянки и церковное учение о браке
Слова Спасителя «было у тебя пять мужей, и тот, которого ныне имеешь, не муж тебе» (Ин. 4:18) — не публичное обличение, а путь к покаянию. Святитель Иоанн Златоуст учит, что Господь начал с простого, чтобы привести душу к вере. Женщина не спорит, а бежит рассказывать о Нём. По преданию, это святая Фотиния, ставшая мученицей. Ей, с тяжелым прошлым, Христос впервые открывает, что Он — Мессия. Значит, прошлое не закрывает двери спасения.
Идеал брака абсолютен, но Церковь живет в падшем мире. Здесь действует принцип икономии — пастырского снисхождения к немощи. Святитель Григорий Богослов выразил это формулой: «Первый брак — закон, второй — прощение, третий — законопреступление, четвертый — нечестие» . Второй брак уже не закон, но допускается как «прощение» человеческой слабости.
Преподобный Феодор Студит поясняет: «второй брак позволен святым апостолом... но это не закон, а позволение. Позволение же может быть дано... относительно некоего падения и предосудительного поступка» . Апостол сказал: «если не могут удержаться, пусть вступают в брак» (1 Кор. 7:9).
Церковь не просто «разрешает» второй брак — она налагает епитимию. Святитель Василий Великий в канонах указывает: второбрачных отлучают на год-два, троебрачных — на три-четыре года. О третьем браке он пишет: «На троебрачие нет закона... На таковые дела взираем, как на нечистоты в церкви, но всенародному осуждению не подвергаем, как лучшие, нежели распутное любодеяние» (50-е правило). Четвертый брак канонически абсолютно запрещен.
Чин венчания для второбрачных особый: менее торжественный, с покаянными молитвами. Преподобный Феодор Студит объясняет: «благословение есть дар... второй брак пользуется законом снисхождения, сознавая, что он занимает второе место после однобрачия» .
Самарянка у колодца встретила не Судью, а Спасителя. Он показал ей грех, чтобы дать «воду живую» — благодать, меняющую жизнь. Так и Церковь, скорбя о разрушенном браке, не выталкивает человека, но дает возможность покаяния и новой семейной жизни, исходя из того, что Бог ищет спасения каждого в любых обстоятельствах.
Вопрос для размышления: Готовы ли мы, как самарянка, услышать в словах Церкви не обличение, а призыв к покаянию и перемене жизни?