«Я заразилась от полотенца»: жена слетала «в командировку» и привезла «сувенир» в нижнем белье – правда ударила мужа в самое сердце
История о том, как легко и нагло врут партнеры, прикрываясь командировками и отелями, параллельно изменяя с другими.
Я знал, когда мне врет жена, а когда говорит правду. На этот раз она врала долго и стойко, выставляя меня настоящим дураком. В ее голосе не было суеты и дрожи, словно все было предусмотрено и рассчитано.
Жена сказала, что заразилась венерическим заболеванием от гостиничного полотенца. Мол, в отелях плохо стирают бельё, всякое бывает и теперь надо лечиться. Даже врача приплела, что якобы тот подтвердил, что подобные случаи хоть и редки, но возможны.
Я слушал молча, хотя мне все это казалось бредом. Пятнадцать лет вместе, у нее за спиной куча отелей и гостинец, где она останавливалась во время командировок, а тут такое.
Всё началось после её «командировки». Три дня, семинар для HR-директоров, гостиница в Барнауле. Обычная рабочая поездка, каких у неё было десятки.
Она вернулась домой с магнитами, усталым видом и высокой температурой. Списала всё на переутомление и кондиционер в номере. Через пару дней появились странные симптомы. Это чувствовалось в постели, если честно. В итоге, я настоял на анализах.
Диагноз врача прозвучал холодно и сухо — уреаплазмоз. Заболевание, которое передается половым путём. На меня смотреть косо не было смысла, да она и не смотрела – я целыми днями сидел дома у компьютера, работал, готовил еду и проводил время с сыном.
Результаты её испугали. Она тут же начала отрицать свою измену, хотя я ей ничего не говорил. В итоге, она почти автоматически выдала заготовленную версию про отель, полотенце, постельное бельё.
Я не спорил. Просто предложил проверить гостиницу. В этот момент она заметно напряглась, попыталась свернуть разговор и пообещала «во всем разобраться сама». Я понимал, что если виноват отель, то можно требовать компенсацию.
Я написал им. Ответ пришёл быстро и официально – жалоб подобных не поступало, санитарные нормы строгие, уборка фиксируется документально. К тому же, отель был дорогой, компания не экономила на командировках. К письму приложили сертификаты, отчёты, журналы уборки.
Тогда я начал проверять не отель, а жену. Зашел на ее почту, там бронь была подтверждена, но в браузере висели старые запросы о лечении уреаплазмы. Получается, что болезнь появилась еще до поездки.
Последней точкой в вопросе стал чек из ресторана. Я совершенно случайно его заметил, увидев круглую сумму – все было заказно на двоих. Я позвонил туда сам, прикинулся, что был там с женой и что-то забыл. Администратор без лишних вопросов подтвердил: да, была женщина и не одна. По имени я понял, что это ее бывший начальник, который жил в Новосибирске. Собственно, оттуда и чек, она летала к нему.
Когда мы сели разговаривать, то я смотрел ей в глаза спокойно. Без злости. Она сначала оправдывалась, потом сказала, что это было «всего один раз».
Я спросил лишь одно – зачем было врать про поездки? Ложь была не разовой. Я попросил её собрать вещи. Она ушла, забрав вещи и оставив мне сына. Я не хотел впутывать сына, но он сказал, что давно не узнает собственную мать.
Вскоре она осталась одна. Оказалось, что мужчине, от которого она заразилась, женщина с таким диагнозом оказалась не нужна.
Я начал новую жизнь, поняв, что страшна была не сама измена, а ложь, с которой я жил.