Начало история легендарного автомобиля СССР – по этой ссылке. Поехали! Чайка прочно и логично ассоциируется с началом космической эры, со спутником и полетом Юрия Гагарина. Но машина стала и одним из ярких символов рывка СССР в науке, промышленности, строительстве. В 1958 году ГАЗ‑13 вместе с другими советскими автомобилями, в числе которых МАЗ‑530 и ЗИЛ‑111, экспонировали на Всемирной выставке в Брюсселе. Интерес к советским машинам, конечно, подогревал общий интерес к СССР. Ведь совсем недавно, в 1957 году, почти закрытая для мира страна провела грандиозный фестиваль молодежи и студентов и первой стала космической державой. Но Чайка и сама по себе была интересна, ведь в Европе машин подобного класса почти не делали. Исключением были британские Rolls-Royce и мелкосерийные французские Facel Vega с моторами Chrysler. В числе множества призов, которые раздавали в Брюсселе налево и направо (в том числе за единственный автомобиль в павильоне США – Ford Galaxie), Горьковский автозавод получил Гран-при за три машины: Волгу, Чайку и ГАЗ‑52. В Союзе ГАЗ‑13, серийный выпуск которого начали в 1959 году, наряду с ЗИЛ‑111 стал одним из главных автомобилей страны, символом власти. Производство ЗИЛ‑111 стартовало чуть раньше, но делали московских лимузинов очень мало: рекорд составил всего 21 автомобиль за год. Ежегодное же производство ГАЗ‑13 в среднем достигало 150 автомобилей. И поначалу даже некоторых членов политбюро возили на Чайках. Двухцветными были только опытные машины, серийные – черными. Мода на двухцветность прошла уже в начале шестидесятых, а ведь Чайка была еще и властным автомобилем, которому пестрота претила. Но большинство ГАЗ‑13 были семиместными седанами – без перегородки в салоне – как символ некой демократизации времен хрущевской оттепели. Лимузины с перегородкой, говорят, делали лишь по заказам министерства обороны. В личной собственности Чаек, конечно, не было. И быть не могло. Даже самые высокие руководители жили в государственных квартирах и на государственных дачах, часто даже с казенной мебелью. Чайка входила в эту идеологическо-экономическую конструкцию. Машины прикрепляли к руководителям рангов министра или секретаря обкомов. Кроме того, на Чайках фирмы «Интурист» возили почетных гостей страны, в том числе звезд кино и эстрады. В крупных городах ГАЗ‑13 можно было заказать и на свадьбу. Подавляющее большинство молодоженов первый и последний раз в жизни ездили в такой машине – и это порой вспоминали десятилетиями. На базе седана разработали кабриолет ГАЗ‑13Б. Поначалу была даже идея сделать убирающуюся крышу стальной, как на Ford Fairline 1957 года – но он, в отличие от Чайки, был двухдверным. Крышу ГАЗ‑13Б сделали мягкой с электрогидроприводом и стеклами задних дверей, двигающимися по сложной траектории. Два первых кабриолета весной 1960 года показывали в Кремле руководству страны. Всего изготовили около двух десятков таких машин, все в начале 60‑х годов. Когда в 1978‑м пришел заказ на две открытые машины для празднования в Берлине 30‑летия ГДР, заводу пришлось капитально отремонтировать существующие автомобили. В Союзе ГАЗ‑13Б в основном использовали для парадов в столицах республик и торжественных встреч в провинции руководителей страны и ее почетных гостей. К середине 60‑х производство ГАЗ‑13 резко снизили – с 300 машин в 1961 году до 36 автомобилей в 1964 году. Поговаривали, что на волне борьбы с привилегиями, жертвами которых стали чиновники среднего уровня, у которых отбирали седаны ГАЗ‑12 ЗИМ, собрались свернуть и производство Чайки. Но в 1964 году лидером СССР стал Леонид Брежнев и ветры борьбы с привилегиями утихли. Седан нерушимый Трудно представить, что систему впрыска на двигатель ГАЗ‑13 в НАМИ пристраивали еще в 1959 году. В 1961‑м художник Борис Лебедев подготовил ГАЗ‑13М – рестайлинговый вариант с четырьмя фарами, иными решеткой радиатора и бамперами, но в серию его не пустили. Зато в том же году дизайн Чайки и ЗИЛ‑111, наконец, «развели», запустив производство ЗИЛ‑111Г с переработанными передком и задком. Стилистику Чайки сохранили. Став одним из символов советского промышленного, научного рывка и космической эры, горьковская машина постепенно превращалась в символ советской автомобильной архаики. В 1964 году с космодрома Байконур запустили первый в мире трехместный космический корабль Восход‑1. Меньше чем через год Алексей Леонов впервые вышел в открытый космос. В 1971 году орбитальная станция Салют‑1 работала в космосе уже более полугода. Еще через четыре года состоялась эпохальная стыковка на орбите советского корабля «Союз» и американского «Аполлон». А Чайка, созданная по моде и инженерии пятидесятых, оставалась прежней. Теперь автомобиль стал эмблемой незыблемости советских основ – примерно как консервативные серые костюмы, плащи и шляпы членов политбюро. Как марксизм-ленинизм вообще и «любимая» книга советских студентов про историю КПСС в частности. Модернизацию 70‑х годов свели лишь к двухконтурной тормозной системе с разделителем от ГАЗ‑24, установке ремней безопасности, черного руля и оклейке панели приборов пленкой под дерево, как на будущей Чайке ГАЗ‑14. Мощность 195 л. с. на две с лишним тонны снаряженной массы в 70‑е годы уже не была выдающейся – как и разгон до 100 км/ч за 20 с. Москвич‑2140 достигал сотни за 19 с, а ВАЗ‑2106 и вовсе за 16. Тормозной путь с 80 км/ч (аж 49 метров!) тоже не соответствовал стандартам времени. В паспортный расход топлива до 21 л/100 км мало кто верил – а меньше всего те, кто работал на Чайках. Но этот показатель волновал водителей и пассажиров ГАЗ‑13, конечно, меньше всего. Сборку новых Чаек ГАЗ‑14 понемногу начали в 1976 году, в год XXV съезда КПСС и не менее широко отмечаемого 70‑летия генсека Леонида Брежнева. Однако последний ГАЗ‑13 собрали аж в апреле 1981 года. Новых Чаек поначалу делали очень немного, и ГАЗ‑13 из начальственных гаражей выводили постепенно. Пока шел этот процесс, незаметно наступили времена, когда такие машины при наличии соответствующих средств мог купить любой гражданин. Вот тут-то, после взлета 50‑х и пика 70‑х годов, начался новый культ – вознесение недоступного прежде простым смертным автомобиля на вершины уважения и народной любви. В отличие от массовых моделей, Чайка перешла в разряд антиквариата сразу – без периода, когда на машинах, которые нынче ценят как ретро, возили что ни попадя, пока некоторые из них не рассыпались на молекулы. Любовь к Москвичам, Волгам, Запорожцам – ностальгия по тому, что было. А любовь к Чайке – по несбыточной мечте, которая все-таки сбылась. Причем совершенно неожиданно. Про Чайки из кино и редкие модификации ГАЗ-13 мы еще расскажем — заходите почаще!
